• ПоискГлавная
  • Подписаться на НовостиНовости
  • Подписаться на СтатьиСтатьи
  • Подать объявлениеГазета
  • Доска объявлений
  • Подать объявление на сайт
  • Академгородок
  • О нас
  • Афиша
  • Прайс
  • Юридическая информация
  • Комментарии
  • Рубрики
  • Карта сайта
  • Написать в редакцию
  • Войти
  • 15:18 четверг, 20 января
    Академгородок:
    Пробки: 4 балла
    20.01.2022
    USD: 72.66
    EUR: 84.31
    Мы в соцсетях:
    Подписаться на Статьи
  • Происшествия
  • Человек и общество
  • Государство и власть
  • Наука и образование
  • Культура и спорт
  • Животные
  • Письма
  • Даты
  • Без рубрики
  • 25 января - Татьянин день
  • 26 января – Международный день таможенника
  • 23 февраля – День защитника Отечества
  • 15 марта - День защиты прав потребителей
  • 12 апреля – День космонавтики
  • 9 мая – День Победы!
  • 12 мая – Всемирный день медицинских сестер
  • 31 мая – Всемирный день отказа от курения
  • 1 июня – Международный день защиты детей
  • 8 июня – День социального работника
  • 22 июня – День памяти и скорби
  • 29 июня - День изобретателя и рационализатора
  • 27 июля – День работника торговли
  • 9 августа – День строителя
  • 5 октября - День учителя
  • 23 октября – День работника рекламы
  • 10 ноября – День сотрудника ОВД
  • 22 ноября – День матери
  • 65 лет Великой Победе
  • К 70-летию Великой победы
  • В колонне бессмертного полка
  • Юбиляры победного года
  • Советскому району – 60
  • К 100-летию ВЛКСМ
  • 22 декабря – День энергетика
  • К 120-летию академика М.А. Лаврентьева
  • К Дню автомобилиста
  • К 110-летию генерала-строителя Н.М. Иванова
  • Спецпроект
  • Старые рубрики
  • Здоровье и медицина
  • «Русский человек редко бывает счастлив»

    «Русский человек редко бывает счастлив»

    «Русский человек редко бывает счастлив»

    Роман Валерьевич СЕНЧИН родился 2 декабря 1971 года в Кызыле. Окончил Литературный институт им. Горького. Автор более 20 книг прозы и критики, в том числе бестселлеров «Елтышевы», «Зона затопления», «Дождь в Париже». Лауреат премий «Большая книга», «Ясная поляна», «Эврика» и других. Живёт в Екатеринбурге.

    В этом году известный писатель издал новую книгу прозы «Нулевые». На её презентации в Москве побывал наш корреспондент.

    – «Нулевые» – попытка анализа эпохи или сборник текстов, написанных 20 лет назад?

    – Да, в книге представлены повести и рассказы, созданные в нулевые годы третьего тысячелетия. Получилась своего рода «моя летопись» того десятилетия. Многие тексты из неё опубликованы в литературных журналах.

    – По вашим книгам можно изучать историю страны.

    – Как вам сказать… История – штука сложная, малопонятная. Для одних это просто набор дат, хронология событий. Для других – мелочи повседневной жизни. Не буду скромничать: считаю, по моим текстам действительно можно изучать какие-то грани отдельных людей. Но не судьбу страны или всего мира.

    – Какая форма вам ближе – роман или рассказ?

    – Пожалуй, я более склонен писать повести – страниц по сорок. Но бывают сюжеты, которые разрастаются в большую вещь – например, «Зона затопления», «Информация», «Дождь в Париже». Сейчас с романом у нас вообще беда… Всё-таки роман в русской литературе – эпическое произведение, где должно быть много сюжетных линий и равновеликих героев. Как в «Войне и мире», «Тихом Доне». А мы, современные литераторы, сильно сужаем повествовательное пространство.

    – Тяжело писать мужчине от лица женщины?

    – Писать так тяжелее, конечно (улыбается). Но и интереснее. В 90-е я в основном писал от первого лица. Главный герой был очень похож на меня. Со временем стал творчески расширяться.

    Тут ещё вот какая беда… Вот ты написал что-то по горячим следам о современности. Но проходит 5-7 лет – и события, что казались тебе крайне важными, уже толком и не помнишь! Невозможно предсказать, что уйдёт в мусор, а что останется и будет нас в какой-то степени даже преследовать. В связи с этим пришлось немного подшлифовывать свои старые вещи.

    – Собираетесь ли описывать сегодняшнее время?

    – Пишу по ходу жизни, мне это интересно – брать сегодняшнее и пытаться преобразовать в то, что называется прозой. Что-то получается, что-то не очень. А зачем писать о том, что было 10-15 лет назад, зная, к чему это сейчас привело? Силён задним умом – так, что ли? Меня это не слишком привлекает как писателя. А вот герои мои довольно часто вспоминают о том, что было с ними лет двадцать назад. К примеру, главный персонаж «Дождя в Париже» находится в 2014 году, когда я начал писать эту книгу. Но многое в тексте относится к 70-м и 80-м. Прокручивается целая жизнь…

    Почти весь прошлый год и нынешний – это пандемия. Не могу сказать, что это плодотворное время для письма. Тревога за настоящее и будущее была и остаётся. Весной 2020-го хотел заняться самообразованием, но ничего не получилось.

    В прошлом ноябре начал писать повесть «У моря» – о человеке, убежавшем из Москвы. Он решил самоизолироваться, ни с кем не хочет общаться – даже с продавщицей в ближайшем магазинчике. Не знаю, что заставило меня создать такого героя.

    – Если смотреть с вершины 2021-го на нулевые годы, то они для вас в целом какие?

    – Ну, а почему с вершины? А может, из ямы (улыбается). Моя юность пришлась на 90-е – разрушительные, страшные, многие мои знакомые и родные остались там навеки. По сравнению с тем десятилетием нулевые, особенно их начало, воспринимались как порыв свежего воздуха. Ушёл один президент страны, пришёл другой. Начались и новые литературные движения, и в целом общественная жизнь как-то приподнялась. А под конец нулевых снова началось какое-то томление. Слава богу, бандитские войны не повторились. А вот десятые анализировать ещё рано. Но мы всегда живём по сравнению с чем-то: в 90-е вспоминали 80-е, затем уже 90-е и так далее…

    – Это хорошо или плохо?

    – Не знаю, как в других странах, но мы очень любим оглядываться назад. И в литературе стало много произведений то о 30-х годах, то о 60-70-х. Про застой пишут грустно-сладкие романы, их сразу полюбили читатели. Почему-то… А про современность мы не любим читать и писать. Нам это довольно тяжело.

    – В вашем известном романе «Елтышевы» горожане переезжают на ПМЖ в деревню. А как вы четыре года назад решились сменить Москву на Екатеринбург?

    – До этого прожил в столице 20 лет. Под конец стал подумывать, не вернуться ли на родину. Видимо, высшие силы меня услышали – и буквально вышибли из Москвы. Я оказался на Урале. Не жалуюсь. Екатеринбург – культурный город, литературный, молодой по духу своему. И мне там пишется.

    – А как вам кажется, русское счастье – в чём? Мы вообще умеем быть счастливыми?

    – Я обращаю своё писательское зрение на трудности, проблемы, драмы. Возможно, это особенность моего зрения. Но об этом автору сложно судить, оставим это критикам.

    А в чём оно, счастье? Русский человек редко бывает счастлив. Больше надеемся на счастливый исход. Не так давно мы с женой полгода прожили в Эстонии – но всё же уехали оттуда, хотя у нас там была работа. Вот эстонцы, можно сказать, счастливые люди: поели – и им хорошо. Основные разговоры – о еде. А нам хочется поговорить о чём-то душераздирающем, глобальном. И довольно быстро мы с женой устали ни о чём не беспокоиться, собрали вещи и вернулись в Россию.

    – Какую свою книгу считаете самой важной и почему?

    – Наверное, это всё-таки «Елтышевы». Хотя не хочу, чтобы она считалась моей визитной карточкой. Ещё дорог роман «Лёд под ногами» – о том, как молодой человек хотел стать рокером. Наше поколение выросло на рок-музыке, многие мои товарищи, да и сам я, играли и пели в группах. Это и Захар Прилепин, и Михаил Елизаров, и Роман Богословский, и Игорь Малышев, и Герман Садулаев… Даже Сергей Шаргунов в своё время снялся в клипе «Мумий-тролля». Но в начале 90-х рок-музыка у нас рухнула.

    – Ваш роман «Зона затопления» часто сравнивают с «Прощанием с Матёрой» Валентина Распутина. Согласны ли вы с тем, что советский классик показал столкновение двух цивилизаций, а у вас – противостояние народа и власти?

    – Наверное, это действительно так. Сравнение с Распутиным меня не удивило. Я это предвидел. Поэтому довольно долго и собирал материал, и решался приступить к роману. После издания книги доводилось встречать в московских СМИ такие выражения, как «оммаж», «ремейк». Но на книжной ярмарке в Красноярске за романом стояли очереди… Сегодня Ангара – цепь водохранилищ, это довольно страшное зрелище.

    – Не скучаете по родным местам?

    – Езжу к родителям каждый год по нескольку раз. Тянет меня – и в Туву, и в Хакасию, и в Красноярский край.

    Юрий ТАТАРЕНКО

    Фото из личного архива Р. Сенчина

    Другие статьи на тему

    Человек и общество / Встреча с интересным человеком
    Алексей ФРАНДЕТТИ: «Один в поле не воин»
    105 0
    "Навигатор" № 2 (1324) от 21.01.22
    Человек и общество / Встреча с интересным человеком
    Николай ФОМЕНКО: «Время тонкостей прошло!»
    1195 0
    "Навигатор" № 44 (1316) от 12.11.21
    Человек и общество / Встреча с интересным человеком
    Марина СТЕПНОВА: «Я очень азартна!»
    1434 0
    "Навигатор" № 36 (1308) от 17.09.21
    Человек и общество / Встреча с интересным человеком
    «Мое главное слово – диалог»
    1836 0
    "Навигатор" № 32 (1304) от 20.08.21
    Человек и общество / Встреча с интересным человеком
    «Все мои желания сбылись»
    1562 0
    "Навигатор" № 30 (1302) от 06.08.21
    Человек и общество / Встреча с интересным человеком
    «Проживу без слова «хайп»!»
    2094 0
    "Навигатор" № 29 (1301) от 30.07.21

    Популярное